иногда хорошо знать, сколько у тебя осталось времени. ну, не на все дела, а так - до завершения очередного периода. у кого как, а у меня почти все периоды связаны с местом жизни. в одних квартирах это больше походило на существование, в других - все силы уходили в забытие, лишь бы отвлечься от всевозможных мыслей, в некоторых квартирах я была счастлива, пусть это и звучит пафосно - но какими же мы становимся, если фраза "я там была счастлива" звучит как будто из киноленты, настолько она все реже встречается в реальности.

в этой квартире я по-настоящему жила, и переживала, и любила, и радовалась,  и веселилась, и да - это тоже, и пила, и готовила, и убиралась, и танцевала, и плакала, и говорила, и слушала...тут я впервые познакомилась с бг и научилась за ним ухаживать. тут я, как ни странно, впервые узнала, что такое на самом деле питерские крыши и что из нашего дома видно почти всё.

и я жила здесь не одна. кто-то начал оживать тут, на нашей кухне, открывая глаза всё шире и видя мир всё четче, кто-то с кем-то повстречался, познакомился навсегда. здесь никто ни с кем не расставался. здесь редко ругались, но частенько говорили правду, может, горькую, но честную и искреннюю - поэтому необидную.

здесь у каждого была возможность быть настоящим. но если кто хотел играть - играл, правда, чаще начинал делать что-то, больше похожее на жизнь, чем игру.
в этой квартире одни люди приносили и оставляли гитару, совершенно другие зайдя случайно спустя месяц меняли струны, купленные для другой гитары.
здесь были люди из разных стран, городов, кругов, уровней, что кажется, из разных жизней.
и все эти люди обсуждали разные темы, рассказывали разные истории, кто-то страшные, кто-то забавные. но мы могли обсуждать в этих стенах что угодно - потому что у этих стен нет языков - отличное строение дома и метровая толщина стен избавила всех нас от необходимости шептаться. мы кричали, когда хотели (и если я не спала)))). мы могли реветь и выть белугой если было надо. эти стены всегда скрывали от посторонних наши крики и слезы.

невероятно печально уезжать отсюда. но ровно настолько же радостно за всех нас и за то время, что все мы провели здесь и получили свое тепло, свою дозу близости, понимания, радость от простоты отношений и их сложности.

и это хорошо, что я знаю, сколько мне осталось жить здесь - у меня есть время проститься с этим теплым домом.
и когда я иду мимо до боли знакомых лавочек, через мосты и мостики, через все красноармейские, знаю, что я увижу повернув здесь или там, продавщица в ближайшем магазине даст в долг, если вдруг не хватит немного денег на покупки, а солнце все еще греет несмотря на поздний час.
и каждый раз, подходя к дому, я думаю о том, когда вновь вернет меня судьба в эти края - и вернет ли? а сейчас в питере лето.

 

Всех нас призвали – мы пошли
Взвалив на плечи понемногу
Нас не спросили: «Хочешь ли?»
Призвали. Мы шагали в ногу.

Шагали стройными рядами
Из года в год, из года в год
Куда мы шли – не знали сами
Нас было всех - не один взвод.

Не звуки маршей нас прельщали
Внедрится в стройные ряды.
Марш Мендельсона звал нас в дали
Вдаль, где волшебные сады.

Где счастье встречи, где надежды
Где нет  рутины, быта, склок.
Где ночь за ночью без одежды
Ты был бы счастлив, сколько б смог.

Не знаю, что там получилось
В других отрядах боевых
Но в нашем что-то попустилось -
И предавали мы своих.

С женой шли днем, а тихо ночью
Мы уходили в дом чужой.
Жен наших души рвались в клочья
А нам хотелось ночью к той.
 
И так однажды перестали
Мы возвращаться по утрам.
В отряде нашем все устали
И полетело все к чертям.

Глазами грустно и устало
Последний раз взглянув вперед
Мы поняли – оно настало -
То время, что никто не ждет.

Что нет надежды, нету сада
Что больше нет чужих, своих.
Что весь отряд шагал лишь к аду
И сильно-сильно жалко их.

Помните, еще Боярыч пел – «Лишь о тоооом, что все пройдеееет, вспоминать не нааадааа!» ?
Не просто так он это пел, товарищи. Человека, особенно невезучего меланхолика, может преследовать самый разный рок. Но особенно частенько людей преследует эта извечная тема, что ничего нового в мире (особенно человеческих отношений) не происходит и при этом все заканчивается.
Не зря Боярский предостерегает от таких мыслей. Например, вот ваш милок рядышком сидит на скамеечке, вы прильнули к нему, голову на плечико положили, на закат смотрите, ножками болтаете, пиво прохладное пьете. А тут, блять, в голове проплывает белым теплоходом:  «Лишь о тоооом, что все пройдеееет, вспоминать не нааадааа!» И, ясно дело, тут же появляется эта мысль о будущем, уничтожающая преимущества настоящего момента. Это знание того, что все закончитсо, что все будет-таки плохо. И вы уже в голове рисуете картины первой ссоры, второй, расставания. Думаете о том, как именно он вас предаст – любовницы у него штабелями по съемным квартирам заведутся, или ударит он вас, или с подружкой вашей роман закрутит? И такое происходит раз от раза. С настойчивостью маниака эти несчастные прокручивают неизбежно печальное будущее, придав настоящему такое ускорение для достижения этого будущего, что физикам и не снилось.

А далее там по тексту: «Только верить наааада, что любоооовь не проходит. Нет!»

Конечно, тут нужно пояснение. Слишком уж тут обощено все. Не всякая любовь не проходит. Я продолжаю настаивать на т.з., что любовь бывает разная – посильнее, послабее, совсем малюська какая-нибудь. Как огурцы бывают поменьше, побольше, но все-таки огурцы меньших размеров не перестают быть огурцами. Так вот, малюська может и пройти, никто и не заметит. Но есть и такая дура размером с овощной магазин, что уничтожить ее невозможно. Постепенно с возрастом она может и подвядает немножко, но съесть ее никто все равно не сможет. И вот возишь ее на прицепе всю жизнь. И, главное что - веришь, что она так и будет за тобой кататься. Мало того, что веришь – ЗНАЕШЬ. И живешь с этой верой и знанием. И все б хорошо! Но если этот кузовок прятать надо ото всех? И вот, забросав свой прицеп сверху арбузами и всякими другими маленькими влюбленностями, никому не разрешаешь в нем ковырятсо. Вдруг копнут и поймут, что сверху одна бутафория? 

Мы с Орловой не привыкли канючить. Тяжкие годы на рудниках  сызмальства сыграли с нами злую штуку. С детства любимым моим лакомством был лук (репчатый, зеленый) и чеснок. Все соки и ягодки в нашем доме до определенного возраста поедала Орлова, т.к. я категорически отказывалась в  пользу бедных, в ее, то есть, пользу. Не знаю, откуда ноги растут, но капризы с моей стороны все чаще были от несильно натянутых колготок. А от шоколадок я старалась отказаться, отчего-то с детства берегла семейный бюджет. Бывало, мама даже упрашивала меня, чтобы я согласилась на ее презент. С чем связано – пожалте, рассуждений может быть масса. Речь не о том, а совсем даже об этом.

Так вот периодчески, изжованная тема прынцесс будоражит остатки моего мозга.
 
Всем известно, что прынцессой можно стать, только выйдя замуж за прынца. Ну, есть еще какой-то способ, не помню. Даже простое сожительство с прынцем не делает тебя прынцессой. Но ето только де-юре. А де-факто, у нас полна жопа огурцов. В смысле в каждой аватарке, в каждой рожице за светящейся барной стойкой, натурально, так и сквозит – «я прынцесса, возьми меня скорей в свой белый лимомобиль хотя б на полчаса, я там наделаю много нихуевых фоток, и все увидят – я правда-правда прынцесса» (дура, лимомобили в аренду от трех часов идут). Или, прикрыв на фото свой жырноватый задок воздушным парео на фоне ослепительно белова песка и иссиня-синева моря, прынцессочки невербально молвят нам – «я богатая сучка, мне денег твоих, прынц, не надо, папа всем обеспечил славатибегосспади». И вот, надев блестящий белый гомосяцкий костюм юные и не очень мужики пытаютсо станцевать в зале волшебный танец для своих «прынцесс», стукают ножкой по ламинатной доске, потом подъеб с переворотом – и хвост у них наконец-то отваливается. Но «прынцессы», сев в лимомобиль «прынца» обман видят не сразу, а может, если повезет, и вообще не увидят – слишком сильно зажмурены глаза от радости! НАШОЛСО ПРЫНЦ! УРА! И лишь похотливо одергивая юбку, которая ненавязчиво ползет все выше междуножья, «прынцессы» предаются довольно пресному разврату в лимомобиле. Конечно же, не задумываясь, что по сюжету прынцессы не должны предаваться оному. И вот так, не открывая глаз, они проживают в своих двухкомнатных хрущах сказочную жизнь.
Иногда жалко мадамов, которым уже к земле пора бы привыкать, а они все, дурочки, уверены в том, что они-таки (стали, были, будут – нужное подчеркнуть) прынцессой. При этом заметьте – наличие прынца им нужно только как возможность приклеить на лоб волшебную табличку. И частенько дети у них неибутсо, и муж не изменял (пока от инфаркта не помер), и на роботе их все любят ууууу.

Так вот. У нас с Орловой с децтва расклад был немного иной. Нам сказки волшебные читали только до 16-ти моих и 20-ти Орловых лет. Причем, с нагромождением всяких жизненных подробностей, которые, казалось, сводили сказочность к нулю. А потом нам прочитали несколько произведений в духе реализма. Ну а после мы сами наткнулись на «Солнечный удар» Бунина и парочку какашечных книжечек. И шагаем с широко распахнутыми глазами, закрывая их только в исключительных случаях. Зрение бы только не потерять. И наутро мы-то протрезвеем, а у «прынцесс» как ноги кривые были, так и останутся…ггг.
 

Как-то мы сидели с моей сестрой Орловой в гостях. И, опуская всякие интересненькие подробности того вечера, я расскажу вам вот что. Обсуждали мы за редкостью встреч и мущин, и вообще всё. Причем, что странно, мущины в беседе попадались самые разные – от своих до совсем теперь уж чужих. И тут хозяйкой квартиры со свойственной ей аккуратностью в подобных делах был поднят вопрос: «А какие вам подарки ваши мущины дарили?» И торопливо дополнен «Поездки не в счет!»
Казалось бы, что проще? Можно припомнить тот самый мерседес Орловой (поклонники ее просто обожают и каждый раз преподносят что-нибудь новенькое, иностранное и металлическое), который она разбила о бордюр, слегка не вписавшись в тротуар. Или вот мне, например, подарок однажды свалился на голову – брульянтовое кольцо плюс браслет плюс цепочка (я потом ето все заложила в ломбарде недалеко от работы, но все равно подарок был што надо).
Конечно, это лишь мои мечтания. На самом-то деле! после  вопроса Хозяйки квартиры, мы с Орловой сначала посмотрели друг на друга с оптимизмом, а потом пригорюнились. А потом и совсем впали в печаль.
- Ну нет же! Мне К. привез с Алтая цветочек, о котором было столько разговоров – и это был первый знак того, что он ко мне не равно душен. Он до сих пор в книжке лежит, засушенный.
- А мне С. в знак примирения ежа подарил! Такого клааааснаава, из шиииишек! На него все внимание обращают!

В общем, долго мы тужились с Орловой, а в голову все какие-то ситуации да моменты лезли. И никакого финансового подспорья в виде мат.ценностей. Потом я все же вспомнила, что дарили мне, действительно, и цепочки, и колечки золотые. Только вот то были мущины-друзья, а вовсе не чо-то там таакое.

К чему я ето все вспомнила, спросите вы меня? А я отвечу – около полугода назад в наш дом стал вхож один товарищ (мущина). И вот он напомнил эту тему, сказав, что он почти никогда никому ничего не дарит.
А теперь – минутка пафосного!

Просто есть мущины – сами по себе подарки судьбы, чтоле. И время, проведенное с ними, пожалуй, дороже всего бренного и ссущего. А время само по себе бесценно, не забываем об етом, не забываем. Ощущение жизни рядом с ними, а по прошествии времени - теплые воспоминания, - это и есть самое важное в этих мущинах. Ведь все материальное – это по сути внешнее. Да, шубка согреет внутренние и внешние органы. Но не факт, что она затронет область сердца. А тот ёж из шишек греет его до сих пор.
Хотя! Конечно! Если мущина дарит не только согревающих ежей, но и драгмет, ценный мех и прочие механические устройства с автоматической коробкой передач, то таким у нас дорога, таким у нас почет.

А теперь, самое главное: падарите пажаласта бедной петровой цепочку золотую и обычную какую-нибудь, с малюсеньким ушком, чтобы туда влез кулончег один, такой крааасивенький-красивенький.